April 16th, 2019

Флорентин

Есть одна награда - смех

АБП исполнилось 70. Московская френдесса написала, что Пугачева это практически вся ее жизнь - "с 75-го года, с "Арлекино", когда его всё лето крутили из каждого утюга". Пугачева - не вся моя жизнь, разумеется, но моё тинейджерство и ранняя юность - вне всяких сомнений. Вторая половина 70-х - ранние 80-е - это она.

Те, кто не рос в конце 70-х- начале 80-х в СССР, просто не в состоянии понять, что значила эта рыжая женщина со щербатой улыбкой для миллионов людей (особенно юных людей). Не все читали по ночам Архипелаг Гулаг и слушали Аксенова по Голосу Америки. И для огромного числа советских людей, далеких от столичных фрондерских кухонь, эстрадная певица в алом балахоне, с ее ослепительно несоветским стилем самоподачи, была настоящим глотком свободы.

"Поздняя" Пугачева постсоветских лет была, наверное, иной, уже забронзовевшей, лишенной той ранней советской-несоветской бунтарской изюминки, соразмерной пошловатой эпохе ельцинского олигархата и путинской суверенной демократии. Соразмерность времени - отличительная черта АПБ. Но в 90-е и далее я жил на другой планете. Другая страна, другие песни, другие лица, другой воздух. Моя Пугачева навсегда осталась где-то там - в 75-м, 78-м, 81-м, 85-м.

Пугачева - великий советский (российский) мем. Икона. Ничего похожего в массовой русскоязычной культуре не было и, видимо, не будет. Это просто факт - нравится это кому-то или нет.