October 16th, 2009

еврей

Поучения отцов

Эта статья была опубликована в уикэндном приложении к газете "Маарив" полтора месяца назад. Мне сразу же захотелось ее перевести. Но дело затянулось. Выкладываю перевод только сейчас. История американской семьи, состоящей из двух соблюдающих еврейские религиозные традиции пап и трех чернокожих детей, уверен, не оставит вас равнодушной. К сожалению, я прозевал те две части реалити-шоу 2-го канала ИТВ "Обменяться мамами" (אמא מחליפה), в которых участвовали герои этого интервью.

Текст просто огромный. Поэтому я размещаю его в двух постингах.

В общем, наслаждайтесь.
Шабат шалом.


Пиркей авот («Поучения отцов»)
(Пиркей авот (поучения отцов) - один из важнейших талмудических трактатов - прим.пер.)

Элиан Лазовски, «Маарив» (приложение «Софшавуа»), 28.08.2009 года

פרקי אבות
מאת: אליען לזובסקי, מעריב, סופשבוע, 28.08.2009

---------------

Они любят Тору и друг друга. Воспитывают в своих приемных детях самостоятельность мышления, однако следят за тем, чтобы дочь покрывала голову кипой. Они устали от удивленных взглядов, однако согласились участвовать в новом сезоне реалити-шоу «Обменяться мамами» (израильский аналог американской программы "Wife Swap"). Дэниэл и Иэн Чейсер-Терен не только сломали все мыслимые стереотипы – они оставили свой уютный дом в Нью-Джерси и переехали в Иерусалим. История необычной семьи.
------------------------


«Папа, иди ко мне!» - пятилетний Йона стоит посреди бассейна, по-пингвиньи отряхивая воду. Ослепительная улыбка во весь рот затмевает полуденное солнце. Дэниэл, отец Йоны, машет ему рукой издалека, приветливо улыбается, но не спешит присоединиться к юному любителю водных процедур. Он только что присел, надеясь улучить свободную минуту, чтобы полистать свежий номер газеты. Желание столь понятное каждому родителю, измотанному длинными летними каникулами.

«Папа, иди к нам!» - теперь это тонкий голосок Тамар, которой недавно исполнилось 3,5 года. Она стоит на другом конце бассейна. Купальник в разноцветную крапинку облегает ее миниатюрное тело шоколадного цвета. Из-под ног во все стороны летят брызги, словно из маленького поливального устройства. Однако Тамар обращается не к Дэниэлу, а к его супругу, Иэну, который только что вернулся из душевой. «Я сейчас,» - обещает ей Иэн и устало опускается в шезлонг.

«Ну, папа, иди же скорее сюда!» - это уже Элиэзер, старший сын. Ему восемь лет. На нем серого цвета плавательный костюм, который вызывает завистливые взгляды мальчишек в бассейне. И хотя не очень понятно, к какому из двух отцов обращается Элиэзер, ясно одно - на сей раз им не отвертеться. Кому-то придется сейчас окунаться в воду. Оба родителя тяжко вздыхают, молчат, смотрят друг на друга. У обоих изнуренный вид. Затем начинается спор, чья очередь заходить в хлорированную воду бассейна. «Ладно, я пойду,» - проявляет великодушие Иэн. Дэниэл с облегчением вздыхает.

Они начинают готовиться к выполнению ответственного задания. Вначале Иэн снимает рубашку, а затем цицит. Тем временем Дэниэл вытаскивает из сумки герметично закрывающийся полиэтиленовый пакет и аккуратно кладет в него цицит. Затем Иэн снимает с головы кипу и протягивает ее Дэниэлу, который кладет головной убор в другой полиэтиленовый пакет. И лишь после того, как все аксессуары надежно упакованы, Дэниэл растирает спину Иэна защитным кремом и отправляет его в бассейн. Жаркий полдень в кантри-клубе киббуца Рамат-Рахель, расположенного на южной окраине Иерусалима. Детей в бассейне больше, чем воды. У кромки бассейна расположились родительницы резвящихся в воде чад – в основном это религиозные дамы в длинных платьях и с покрытой головой. Присутствуют и светские женщины в бикини, а также несколько туристок, обладательниц точеных талий. Я не завидую всем этим женщинам. Не потому что им приходится преодолевать ужасную жару и гиперактивность своих детей. Вот уже полтора часа они страдают в отчаянной попытке решить логическую головоломку. У них нет ни малейшего шанса разгадать ребус под названием «семейство Чейсер-Терен». Допустим, думают они, у белого отца черные дети. Ладно. Но кто же тогда из них отец? Эта девица, которая сидит рядом с ними, не может быть матерью. Что это означает? Что матери нет вообще? Кипа, цицит. Они религиозные? Как такое может быть? И с какой стати маленькая девочка носит кипу? И почему один из них столь интимно мажет другому спину солнцезащитным кремом?

Ох уж эти воспитанные и вежливые иерусалимские женщины. Украдкой они поглядывают в сторону странной пары. Зато их дети, не скрывая любопытства, во все глаза рассматривают экзотическое семейство. Такие любопытные взгляды - повседневная рутина для 39-летнего Дэниэла Чейсера и 38-летнего Иэна Терена. Как ежедневная чистка зубов. В тот день, когда Дэниэл и Иэн усыновили Элиэзера (который бежит сейчас к буфетной стойке и кричит, что ему надоело купаться, и он хочет загорать), им стало ясно, что так отныне будет всегда. Они окончательно укрепились в этой мысли, когда оформили усыновление Йоны и Тамар. И все-таки они согласились участвовать в съемках двух первых программ реалити-шоу «Обменяться мамами», которую компания «Кешет» сняла для 2-го израильского канала.




Религия и религиозность


Нет ни одного стереотипа, ни одного предрассудка, с которыми семье Чейсер-Терен не пришлось бы столкнуться в жизни. Религия, раса, пол. Эта семья не перестает раздвигать границы дозволенного, тестирует пределы человеческой терпимости, умудряясь задевать и раздражать даже тех, кто считает себя просвещенными и толерантными людьми.

Collapse )


Окончание. 2-я часть статьи
еврей

Поучения отцов (Часть 2)

Начало. 1-я часть статьи

Пиркей авот («Поучения отцов»)
Элиан Лазовски, «Маарив» (приложение «Софшавуа»), 28.08.2009 года

פרקי אבות
מאת: אליען לזובסקי, מעריב, סופשבוע, 28.08.2009


Раса и расизм

Воообразите себе самую кошмарную «обменную маму», какую только можно было выбрать для Дэниэла и Иэна. А теперь умножьте полученный результат на десять. Вы получите Дину Барда, секулярную жительницу киббуца Орталь, расположенного на Голанских высотах. Дэниэл деликатно называет ее «непростым человеком». Однако зрители обнаружат, что мировоззрение Дины представляет собой убийственный коктейль расистских и гомофобных предрассудков. Если история семьи Дэниэла и Иэна доказывает, что идентичность может быть достаточно гибкой, находящейся в постоянном развитии (ты можешь быть и геем, и религиозным евреем, и афроамериканцем), то идентичность Дины представляет собой очень жесткую и неизменную конструкцию (муж, трое детей и традиционные ценности пастельных оттенков). В то время, как Иэн прилетает в Израиль, где его тепло встречают муж Дины, Шломо, и трое их детей, Дина, прибывшая в дом американской четы в Нью-Джерси, где ее ждет Дэниэл, оказывается не в состоянии войти внутрь. Очень тяжело наблюдать за этой сценой, в которой Дэниэл, человек мягкий, обаятельный и доброжелательный, пытается уговорить Дину остаться в его доме - в то время, как Дина выражает желание немедленно покинуть это странное место. На протяжении всей программы эта дама пересыпает свою речь разными перлами, от которых волосы встают дыбом: «Я бы засунула всех голубых обратно в чулан и забросила подальше ключи».




Collapse )