December 4th, 2003

Флорентин

Сижу на работе в теплице сухой...

Не люблю дождь.Никто не сумеет убедить меня в особом очаровании пасмурной погоды и романтичности затянутого тучами неба. Не мой это жанр - музыка дождя. Зомбированный с детства гениальными пушкинскими соплями об осени ("Унылая пора! очей очарованье!")я искренне пытался полюбить "пышное природы увяданье". В России я был готов смириться и даже признать скромное обаяние ранней осени: "в багрец и в золото одетые леса". Но лишь до тех пор, пока не налетал холодный ветер и начиналась пора дождей. Ноябрь я ненавидел лютой ненавистью...

В наших палестинах, где осень-зима наступает внезапно, и не приносит с собой ни "багреца, ни золота", нет никаких литературных и прочих причин любить пасмурную погоду. Сырая и промозглая левантийская зима не вызывает во мне положительных эмоций. А если к тому же идет дождь... Ну что за аномалия такая. С неба на голову льется вода.
Страна у нас солнечная. Непогода уродует не только и без того унылый урбанистический пейзаж Гуш-Дана, но и превращает в тоскливое серое месиво приморские дюны, поля и виноградники, которые летом смотрятся вполне пасторально.
Солнца, солнца, солнца!