גיא (guy_gomel) wrote,
גיא
guy_gomel

Categories:

"Одесса" и "Любовь" Валерия Тодоровского

- Маша, мальчик еврей?
- Нет, бабушка, он русский. Разве ты не видишь, что он русский?

* * *

- А что я совсем не подхожу?
- Саша, что вы здесь делаете?
- Понимаете, я очень люблю Машу и хочу на ней жениться.
- Маша выйдет замуж только за еврея, как это сделала я и ее мать.

* * *

- Маша, что это такое?
- Мы уезжаем.
- Куда?
- В Израиль
- А почему ты мне не сказала?
- Я боялась
- Ж*довка
- Заткнись, заткнись, подонок. Я тебя ненавижу. Не смей так говорить!

из фильма Валерия Тодоровского "Любовь" (1991)






Я мало смотрю постсоветское российское кино. А ежели случается раз в несколько лет, то это редкость редчайшая. И если были какие-то русские ленты, по-настоящему меня затронувшие за последние три десятка лет, то это, по какому-то странному совпадению, всегда фильмы Тодоровского-младшего (гениальная, пронзительная "Любовь", прекрасная "Страна глухих" и очаровательная "Оттепель"). Пожалуй, всё.

Посмотрел "Одессу", новую амаркордовско биографическую ленту Тодоровского. Хорошее кино: Советский Союз ранних 70-х, который я помню меньше, чем вторую половину того же десятилетия. Еврейская советская семья с нееврейскими зятьями, первые отъезжанты в Израиль.




Стоило ли Розановой и Ярмольнику, играющим пожилую еврейскую пару, говорить таким, на мой вкус, чрезмерно одесским говором, перемежая его идишскими фразами... Не знаю. Я не одессит - мне это показалось лишним. Пусть одесситы скажут, насколько это аутентично. Вначале мне это мешало (особенно у Розановой), но в конечном итоге им удалось убедить и растрогать меня.

В любом случае лучшего, блистательного, тонкого, точного до мельчайших деталей, портрета советской еврейской семьи, чем в "Любви" того же Тодоровского-младшего (Наталья Вилькина, Инна Слободская и Наталья Петрова), не сделал до сих пор в российском кино никто, насколько я знаю. Но то была московская еврейская семья поздних 80-х. Это время мне ближе, чем ранние 70-е. Так или иначе, но Тодоровский - единственный, насколько я знаю, современный российский режиссер, дважды серьезно затронувший в своих фильмах тему советского еврейства. Именно советского.

Во всяком случае мне неизвестен ни один художественный (не документальный) российский фильм (о советском кино, где эта тема была табуирована, говорить, естественно, не приходится), который если не целиком и полностью, то хотя бы в значительной степени (как в той же давней "Любви" и новой "Одессе") посвящен исчезнувшей с лица земли, а точнее - с одной шестой ее материковой части, советской еврейской Атлантиды. Фильм, исследующий этот, несколько странный, феномен: пере- или недоассимилированных русскоговорящих евреев страны Советов. Я имею в виду именно второе и третье поколение (мое и моих родителей), послевоенное и до распада СССР (50-80-е гг). Я имею в виду жертв изощренного эксперимента советской власти, людей, с одной стороны, насильственно лишенных возможности сохранять конфессиональную, а также культурно-языковую, идентичность, но при этом маркированных и стигматизированных (а также дискриминируемых) по признаку этнического происхождения, что не позволило им полностью (а дело во втором, но особенно в 3-м, поколении шло именно к этому, и, в общем-то, де-факто, свершилось) раствориться в русском этносе. Ну и массовый исход в 90-е - в конечном итоге.




Тодоровский в "Любви" и "Одессе" затрагивает, пусть и не очень глубоко, основные темы советского еврейства 50-80-х: бытовой и лицемерно скрываемый "интернациональной" советской властью институциональный антисемитизм; смешанные браки, которые не всегда решали проблему пятой графы, начало советского сионизма, пробившего брешь в железном занавесе, эмиграция в Израиль и Америку, расколовшая многие семьи. Отречение от еврейства, бегство от еврейства и невозможность, в конечном итоге, отречься и убежать. Это то, что краешком затрагивает Тодоровский. А есть еще и гораздо более болезненые темы, тотально табуированные в СССР: замалчивание Холокоста, в ходе которого сгинула половина советских евреев, предсмертная антисемитская агония сталинской власти (конец 40-х - начало 50-х).

И если в русской литературе второй половины прошлого века (Гроссман, Улицкая) это каким-то образом существует, то в российском кино эта тема не исследуется и не переосмысливается. Хотя число российских (а ранее советских) киношников первого ряда (режиссеров, сценаристов, актеров) еврейского происхождения, как всегда, непропорционально велико.
Tags: jewish, land of israel, movies, ussr
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 15 comments