גיא (guy_gomel) wrote,
גיא
guy_gomel

Кошмарный город с пальмами

Желтая КП с невероятной оперативностью опубликовала фрагменты дневниковых записей Михаила Козакова (часть из них сделана за полгода/год до кончины). Покойный (ז"ל) весьма жестко, в присущей ему безжалостной манере, прошелся по Тель-Авиву (в прямом и переносном смысле этого слова). По трагической иронии судьбы в этом городе Козаков прожил свои последние, самые страшные, судя по всему, дни.

" ... Я брел по Тель-Авиву по жаре к дому Ани и детей. Шел медленно, как ходят старики моих лет, изредка попадавшиеся мне навстречу. Остановился у Камерного театра. Посмотрел на рекламный щит. Все то же. Названия спектаклей другие, но безвкусица и стиль, как в 1990 году, когда я впервые увидел эту витрину, и позже, когда сам красовался в этой же витрине в роли Тригорина. Вокруг парадного входа на Дизенгоф какие-то лотки, на которых продают дешевую безвкусицу. Кругом нищета для нищих. На Дизенгоф лежит на асфальте нищий, взывающий к милосердию. В витринах жуткая жуть. Словом, Тель-Авив  - все тот же убогий, провинциальный, жаркий, кошмарный город с пальмами и чудовищной архитектурой. С жуткими домами желто-белого цвета..." (2010)

Я, человек, который искренне любит и, как мне кажется, хорошо чувствует этот город (поэтизирует, романтизирует, "приподнимает", по выражению Димы), могу Козакова понять. Я и сам поначалу невзлюбил Тель-Авив (сегодня в это трудно поверить). Великий русский актер маялся в Тель-Авиве в первой половине 90-х, пока не вернулся домой, в Россию. Его пребывание здесь было сплошным курьезом. Чужой, действительно довольно провинциальный (особенно 20 лет назад), город, пестрая левантийская эклектика, разруха южных кварталов, безликость северных спальников, обветшавший баухауз... Более нелепого места для жизни пожилого московского актера, заслуженного, популярного, любимого зрителями, трудно найти.

В актерской школе Нисана Натива Козаков преподавал, не владея ни английским, ни ивритом. Буквально на прошлой неделе мой нынешний коллега, учившийся в те годы в Нисан Нативе, рассказывал о том, как, будучи единственным русскоязычным студентом на актерском курсе, он по просьбе мэтра выполнял функции переводчика.

Тригорина Козаков играл, механически вызубрив чеховский текст, переведенный на тарабарское наречие. В 91-м я ходил на премьеру "Чайки" в Камерном театре (теперь в этом здании на углу Фришман-Дизенгоф располагается Бейт-Лесин, Камери давно переехал в помпезный Центр сценических искусств на Шауль-ха-Мелех). Было крайне неловко наблюдать за его игрой. Физически ощущалось, что Козаков отчаянно боится забыть текст (Козаков! выдающийся актер, великий чтец!). "Шахрери оти, шахрери! (отпусти меня) - кричал, неуместно грассируя, коленопреклоненный Козаков-Тригорин Джетте Монта-Аркадиной...

Будь моим другом, отпусти меня...

Да упокоится его душа на небесах
Пусть московская земля ему будет пухом.

update:

тель-авивское интервью Козакова для Эха Москвы, 1992 год

ТА, Дизенгоф, театр Бейт-Лесин (бывший Камерный), 2010 г.

Tags: tel-aviv
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 122 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →