גיא (guy_gomel) wrote,
גיא
guy_gomel

  • Music:

Водный мир

Еще один рассказ израильского журналиста и кинодраматурга Авнера Баренгеймера (фильм "Йоси и Джагер"), которые он публикует в авторской рубрике "Мита зугит" ("Двуспальная кровать") в журнале "Розовое время" (с недавних пор этот журнал называется "Новое время")
Рассказ опубликован в сентябрьском номере журнала "Ха-зман ха-хадаш"


Водный мир
Авнер Баренгеймер
перевод с иврита - мой

Все началось с того, что отец, работавший спасателем в киббуцном бассейне, следуя печально известной методике обучения плаванию маленьких детей, бросил меня, годовалого младенца, в воду. Супруг утверждает, что поступок моего родителя был продиктован иными соображениями. Речь шла о средневековом способе обнаружения ведьм: утонет – значит невинен, выплывет – имем дело с ведьмой, от которой следует избавиться еще в младенчестве. Мне кажется, что он несколько преувеличивает. Я выплыл и до сих пор жив.

- Не думаю, что твой отец на самом деле пытался тебя прикончить, - благоверный идет на попятную – Как никак 1966 год. Жертвоприношения к этому времени уже были отменены. Но твое чудесное спасение однозначно свидетельствует, что ты ведьма.
- У меня врожденные способности к плаванию, - я пытаюсь защитить себя от необоснованных обвинений – Мать много плавала, будучи беременной мной.
- Ты – ведьма, - продолжает настаивать супруг – Годовалый ребенок не может плавать кролем и брасом.

На одной из моих любимых фотографий запечатлена мама с девятимесячным животом, выходящая из воды. Отец открывал бассейн специально для нее. Состояние невесомости, возникавшее при погружении в воду, приносило облегчение беременной девочке. Она была совсем юная, моя мама, смуглая восемнадцатилетняя брюнетка. Тоненькие бикини на огромном животе не портили ее привлекательности. На фотографии мама светится счастьем. А мне представляется отец, 24-летний красавец с густой шевелюрой, загорелый сабра, снимающий на черно-белую пленку любимую женщину, которая вынашивает его первенца. Не сомневаюсь, что малыш улыбается, плавая в утробе матери.

Спустя годы наша семья покинула киббуц. Однако с бассейном я не расставался никогда. Со второго класса я принимал активное участие в соревнованиях по плаванию. Наверное, тогда у меня и возник этот фетиш: стройные парни в обтягивающих синих плавках фирмы "Speedo". Против плавок черного цвета я тоже ничего не имел. Между прочим, сексом я впервые занялся тоже, благодаря плаванию. В автобусе, следовавшем из Тель-Авива в Петах-Тикву ( туда мы переехали после киббуца) ко мне подсел 17-летний пацан. "Привет, мы тренировались с тобой вместе в прошлом году. Помнишь? Кстати, у тебя красивый член. Я видел в душевой." После этих слов мне ничего не оставалось делать, как выйти с неожиданным поклонником на следующей остановке.

До нашего знакомства супруг почти не умел плавать. Он, конечно, держался на воде. С большой натяжкой это можно было назвать брасом. Я нарек это "стилем начинающей синхронистки". Он неравномерно загребал руками, выделывая неуклюжие пируэты. После того, как я преподал ему краткий курс молодого пловца, супруг больше не позорил меня в университетском бассейне, где мы тренировались почти каждый день. Таким образом мне, наконец, удалось гармонично соединить вместе три своих главных привязанности: водную стихию, мужчин в плавках "Speedo" и семейную жизнь.

Это было прекрасное время. Мы проводили в бассейне каждую свободную минуту. Словно два чувственных осьминога. В душевой мы старались занять кабинку напротив той, где мылся Йоав Брук. В надежде, что он когда-нибудь стянет с себя плавки. Однако чемпион оказался на редкость целомуренным молодым человеком. Похожее "speedo-эротическое" приключение нам пришлось пережить много лет спустя, когда, прикинувшись спортивными репортерами, мы незаконно проникли в раздевалки олимпийского бассейна в Барселоне во время чемпионата мира по плаванию и предприняли неудачную попытку взять интервью у обнаженного Иана Торпа, мирно плескавшегося в душе. Не стану обременять вас излишними подробностями. Лишь намекну, что наше отсутствие в олимпийском бассейне в Афинах в нынешнем году было не случайным. Я имею в виду не только изданный Интерполом запрет на посещение международных состязаний по плаванию на ближайшие 50 лет.
- Это касается также соревнований по прыжкам в воду и водному поло? – супруг сделал вид, что не понимает следователей. В итоге запрет был распространен на посещение всех спортивных состязаний, участники которых выступали в купальных костюмах, включая, между прочим, и синхронное плавание.

Несмотря на все ограничения, которые наложил на меня Международный гаагский трибунал по преступлениям в бассейне, я все еще продолжаю плавать. Полтора километра в день. И меня все еще волнуют мужчины в облегающих плавках. Если бы при этом мне еще и удавалось разглядеть хоть что-нибудь в душевой. Но природа обошлась со мной жестоко. Из-за того, что я стесняюсь принимать душ в очках, а решиться на лазерную коррекцию зрения у меня не хватает смелости, мои шансы увидеть самое интересное сводятся к нулю. Впрочем, после плавания в охлажденном бассейне даже самые внушительные "экземпляры" похожи на дряблые сморчки. Так что не о чем и сожалеть.

- Если бы я мог пользоваться одной душевой с женщинами, - возмущается Йоси, мой приятель-натурал, с которым мы тренируемся вот уже несколько месяцев – Я бы не задумываясь сделал эту операцию.
- Мне стыдно за тебя! - Йоси расхаживает по раздевалке в чем мать родила – Ты просто идиот!
Похоже, он по-настоящему сердится.
- Не стоит приближаться ко мне слишком близко. Может я и идиот, однако все еще не слепой.



Другие рассказы Авнера Баренгеймера

Рассчитайте нас, пожалуйста
Смерть им к лицу
Чартерный рейс
Tags: books, gay, israelis, translation
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 37 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →