גיא (guy_gomel) wrote,
גיא
guy_gomel

  • Music:

Бар 51, Амос Гутман, 1985

Два года назад я был уличен в криводушии за то, что включил в список своих любимых фильмов гутмановский трагифарс "Бар 51". Мой собеседник искренне недоумевал: "Каким боком здесь мог появиться "Бар 51"? Разве что необходимость упомянуть какого-нибудь израильского режиссера, да еще снимающего кино о геях. Не верю, что этот фильм можно смотреть без конца - как, например, ленту "Москва слезам не верит". "Бар 51" - смелый фильм... Но не думаю, что ты, Гай, смог бы смотреть его раз за разом..."

Тогда я действительно не мог пересматривать "Бар" так часто, как мне того хотелось - фильм изредка транслировали по одному из кабельных каналов (к которым мы, кстати говоря, вообще не подключены). Правда, была у меня ужасного качества видеокассета, записанная лет десять назад и начинавшаяся почти что с середины ленты. Теперь же, став обладателем полного DVD-собрания сочинений Гутмана, я без конца смотрю (целиком или фрагментами) выученную чуть не наизусть (до последнего кадра, до последней реплики) готически мрачную историю, населенную пестрыми маргинальными персонажами, тель-авивскими отверженными, живущими на обочине мнимо благополучной жизни буржуазного, пронизанного милитаристскими настроениями, израильского общества начала 80-х. Амоса неизменно интересовали люди, перманентно пребывающие в пограничном состоянии, не желающие или не умеющие играть по правилам, навязанным им системой и жизненными обстоятельствами.

Вот, например, одна из самых сильных сцен фильма, подобных которой я больше не встречал в израильском кино. Бездомный провинциал Томас с ужасом наблюдает за сюрреалистическим миром ночной автостанции (поверьте, реальный мир этого замечательного квартала гораздо страшнее). Тахана мерказит, вонючая клоака Тель-Авива (тогда и сейчас): шлюхи-наркоманки, умоляющие тучного арса-таксиста подбросить их до Лода, где они смогут купить свою порцию героина, пацан-проститутка, которого трахает под забором немолодой клиент. Несколькими точными мазками Гутман рисует картину тель-авивского дна.



Дерзость Гутмана не перестает удивлять и спустя двадцать лет. Вслед за дебютным фильмом "Зачумленный" ("Нагуа"), героями которого стали неприкаянные тель-авивские гомосексуалы, режиссер снимает насыщенную "чернушной" эстетикой депрессивную картину о другой запретной любви - взрослого брата к несовершеннолетней сестре. При этом, несмотря на весь этот псевдоготический, балансирующий на грани трэша, антураж и жуткую, трагическую развязку, лента изобилует комедийными ситуациями, смешными репликами и диалогами. Нагнетаемая Гутманом атмосфера тревоги и дурных предчувствий абсолютно органично сочетается с уморительным комизмом некоторых главных и второстепенных персонажей фильма. В документальном байопике Рана Коцера "Амос Гутман, режиссер" (1997) автор сценария "Бара 51", известный драматург Эдна Мазия вспоминает о том, как был найден ключевой персонаж картины - пожилая певица и стриптизерша Аполония Гольдштайн. Эту роль блестяще исполнила ранее никогда не снимавшаяся в кино транссексуалка Ада Валери Таль, чей необычный облик и незаурядная энергетика фактически определили стилистику второй гутмановской картины. Встреча произошла в тель-ависком баре, расположенном в 51-м доме по улице Ха-Яркон ( вот вам и название фильма).

"Мы попали в бар "51", что на улице Ха-Яркон, совершенно случайно, - вспоминает Эдна Мазия. - Как только мы увидели покойную Аду Таль, нам сразу стало ясно: это то, что мы ищем - невероятное сочетание помпезности и убожества; трогательно, пафосно и глупо... Лучшие моменты фильма - синтез трагического и дурацкого. Зыбкий рассвет, когда рассеивается тьма, когда с лица смывают грим, сбрасывают маску - кристально искренние моменты жизни... В баре Ада Таль демонстрировала стриптиз. Мы сидели шумной компанией. По всей вероятности, Ада догадалась, что мы каким-то образом связаны с прессой, с искусством. Она подошла к нашему столу и с очаровательным румынским акцентом произнесла буквально следующее:
"У меня есть несколько видов стриптиза: стриптиз сентиментальный, стриптиз интеллектуальный и стриптиз фатальный." Меня аж подбросило: "У нас есть фильм!" И тогда Ада исполнила свой номер. Это было настолько грандиозно, что я немедленно заявила Амосу: "Она обязана участвовать в нашем проекте!"


Аполония Гольдштайн в феерическом исполнении Ады Валери Таль - далеко не единственная актерская удача фильма. Гутман умел работать с актерами: это в равной степени касается и опытного Моско Алкалая, сыгравшего Карла, стареющего импрессарио мадам Гольдштайн, и 18-летнего Алона Абутбуля ( будущего секс-символа израильского кино, главного киномачо 90-х), снявшегося в роли обаятельного голубого фрика Исраэля. Ну и самый трагический, пожалуй, тандем в израильском кино - дьявольски сексапильный арабо-еврейский полукровка Джулиано Мер (Томас) и ангельски красивая Смадар Кильчински (Марианна), брат и сестра, герои этой древнегреческой трагедии на новоеврейский лад - с эротическими танцами и кабаретными номерами.

Tags: movies
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 50 comments