גיא (guy_gomel) wrote,
גיא
guy_gomel

  • Music:

Исповедь матери

Пожалуй, это будет самый личный мой сюжет. Работа над этим материалом уже потребовала от меня немалых душевных затрат. После его показа, намеченного на конец июня, я смогу подвести определенную черту под самым важным для меня периодом жизни, который включил в себя профессиональное становление и обретение душевной гармонии. Судьба дает мне редкий шанс по большому счету коснуться родительской темы и показать все это в прайм-тайм. Провидение... Что тут скажешь?

Во вторник я буду интервьюировать для своего сюжета Двору Луз, умную и деятельную женщину, основательницу организации "Техила" (группа поддержки родителей геев и лесбиянок). Хотя беседой с ней тема моего журналистского расследования отнюдь не исчерпывается.

Ночью перевел небольшой фрагмент из написанной Дворой книги "Мама, я хотел тебе о чем-то рассказать" /אמא, יש לי משהו לספר לך/

Двора Луз. Отрывок из главы


"Кто дал тебе гарантию, что у тебя все и всегда будет хорошо?"

Достигнув возраста, когда "принято встречаться с девушками", сыновья довольно быстро нашли себе подружек. Так произошло со старшим сыном и сыном моего второго мужа. Они были ровесниками. И лишь младший по-прежнему оставался "лучшим другом" одноклассницы М. и одноклассника Н. Я не замечала за ним особого желания найти себе девушку для романтического общения. Во время службы в армии, возвращаясь домой в краткосрочный отпуск, он ни разу не встретился с какой-нибудь девушкой. Даже тогда я не позволяла себе выражать тревогу по поводу его ориентации.
После демобилизации сын переехал в Тель-Авив, нашел работу и стал готовиться к поступлению в университет. Он приезжал домой по субботам и в праздничные дни. Он не был откровенен со мной и не считал нужным делиться подробностями своей личной жизни. Меня это немного беспокоило, но я предпочитала объяснять поведение сына тем, что он находится в подвешенном состоянии: служба в армии закончилась, а учеба в университете еще не началась. В то же время я не могла не почувствовать растущую отчужденность в наших отношениях. Между мной и сыном росла стена непонимания.
И вот однажды субботним вечером мы сидели со своей близкой подругой и говорили "за жизнь". "Что с твоим младшим сыном?"– спросила она. И я, не задумываясь ни на минуту, ответила: "Если ты имеешь в виду его сексуальные наклонности, я думаю, что он гомосексуал." Вдруг я поняла, что больше не нуждаюсь в объяснениях и доказательствах. Я знала правду. Сомнения отпали. Все мои тщательно подавляемые страхи вышли наружу. Я попросила подругу, которая была в доверительных отношениях с младшим сыном, передать ему содержание нашей беседы и сказать, что я хочу услышать правду из его уст. Он приехал ко мне на следующий день."Да, мама. Я давно хотел рассказать тебе об этом, но все время откладывал, потому что боялся причинить тебе боль."

Мой мир рухнул в одночасье. Яир, мой муж и отчим сына, поддержал меня в трудную минуту. Он был готов приложить все усилия, чтобы восстановить мое душевное равновесие. Я приняла его помощь как должное. Тем не менее я чувствовала себя самым одиноким человеком на земле. Одиноким - в своем горе, в своем трауре по мечтам и надеждам. Все это сопровождалось чувством вины и стыда.

Меня опять, как и после смерти первого мужа, охватило чувство утраты. Теперь никогда не будет свадьбы, которую я мечтала устроить в саду нашего дома, где девять лет назад мы отмечали его бар-мицву. Никогда не будет самых чудесных в мире внуков от моего любимого мальчика. Вместо этого в голове возникали мрачные картины его будущего: жизнь в одиночестве, одинокая старость; он всегда будет отличаться от своих братьев, окруженных любящими женами и детьми. Более всего мучила мысль о том, что судьба обошлась со мной жестоко, и я не получила того, что в общем-то мне никто никогда не обещал. Однако по наивности я полагала, что имею на это право. Ощущение досады не покидало меня.

И тогда, спустя 17 лет после смерти отца моих сыновей, я вспомнила фразу, которую в те трудные времена произнесла однажды моя подруга Авива: "Кто дал тебе гарантию, что у тебя все и всегда будет хорошо?" Я поняла, что должна поскорее прийти в себя после полученного удара. Несмотря на то, что боль прочно укоренилась в моем сердце, я делала вид, что все в порядке и исправно функционировала на работе и в семье. Родственники, подруги и коллеги по школе, в которой я работала старшим методистом, не подозревали о моем душевном состоянии. Лишь муж и сыновья были в курсе дел. Самые обычные вопросы друзей и знакомых: "Как дела?" "Что слышно?" "Как дети?" причиняли мне страдание. Когда многочисленные родственники и приятельницы проявляли интерес к судьбе моих сыновей я сжималсь от боли. Услышав столь характерный для нашей маленькой страны фамильярный вопрос: "Ну, твой сын уже обзавелся невестой?", я рассказывала о старших детях. Когда же дело доходило до младшего сына, отшучивалась: "У него столько поклонниц, что он не знает, кого выбрать." Я ненавидела себя за эту ложь, прекрасно понимая, что шила в мешке не утаишь. Я со страхом думала о том, когда всем станет известно о моей беде.

Все это время я терзалась сакраментальными вопросами: "В чем я ошиблась?" "Связано ли это с тем, что я мечтала о рождении дочери?" "Может быть это связано со смертью отца, когда сын был еще совсем маленьким?" "Что я сделала не так и что должна или не должна была сделать?" В тот период (с 1984 по 1989 год) я прилагала максимум усилий, чтобы смириться с ситуацией, однако чувство горечи не покидало меня. Единственным утешением было для меня то, что в те годы мы очень сблизились с сыном. После того, как все было произнесено вслух, он стал часто приезжать ко мне. Он стал откровенен со мной, как это было в детстве, и был готов ответить на любые мои вопросы, касающиеся его сексуальности и отношений с подругами и друзьями. Мы снова стали во всем доверять друг другу...
Tags: gay, tv
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 54 comments